Новое евангелие — Творчество Андрея Платонова

Новое евангелие

Удар рождает два удара в ответ.

Великая космическая катастрофа сплачивает, братает человечество и напрягает его для контрудара по природе.

Великие климатические изменения, постигшие земной шар, ведут человечество к смертельному бедствию — длительной, исступленной, невыносимой засухе. Засуха будет длиться несколько (10–20) лет и захватывать все новые, все обширнейшие области земли. Причины засухи необыкновенно сложны. Нам важен пока самый факт. Хотя для окончательного поражения засухи знать до конца все причины, ее вызвавшие, необходимо.

Эта великая космическая катастрофа положит начало эпохе гигантских работ по изменению лика земли, чтобы регулятор климатических состояний земли наконец из рук стихий и неведомых нам сил перешел в руки человечества, а не в руки теперешних капиталистических банд, которые власти над природой не удержат и не достойны ее.

Эпоха космических работ, в которую мы вступаем, на ходу решит все социальные задачи внутри человечества, потому что тут вопрос нам ставится ребром: или коммунизм и борьба всеми кулаками, всеми машинами и мозгами с истребляющей нас вселенной, или гибель. Человечество, конечно, выберет коммунизм и жизнь.

Засуха ускорит пришествие коммунизма, засуха, в конечном счете, усилит и побратает людей, ибо всякая катастрофа есть причина всякой организации, всякое зло перерастает в добро.

Страдания человека от голода смертельны. Умирающие рвут сердце живым. И эти живые, имеющие сердце, судорожно сострадающее, больно бьющееся за каждого и за всех, кто живет наполовину, кто теряет жизнь, кто потерял ее — от бесхлебья, желудей и стружек, — эти живые должны массами отправляться по русской стране с проповедью нового евангелия — техники, и сами должны первыми исполнить, осуществить в материи первые заповеди техники.

Первая заповедь техники, исчерпывающая все остальные, говорит: уничтожь природу такую, какая есть, и из ее хаоса создай иную — свою, человеческую, или природа тебя уничтожит.

Первый шаг для исполнения этой заповеди есть борьба и победа над засухой.

В городе, здесь, в деревнях, я ходил и говорил со всеми, кто встречался, о смертельной нужде спеться людям между собой и подняться на природу, на бессмысленное устройство земли и всей вселенной, мучающее и истребляющее человечество. И о том, что первым боем побратавшихся людей с природой должна быть борьба с засухой, война за сытость, за полнокровное, сытое тело человека, борьба за отдаление могилы от человека.

Этот бой еще сравнительно маленькая стычка по сравнению с будущими решительными, генеральными битвами. Но все равно этот бой важен потому, что он начало, и потому, что в великом деле нет мелочей.

Голодные люди слушали тихо, с надеждой, с перегоревшим отчаянием; бабы месили желудевую черную муку, волки подходили совсем близко к гумнам, и мы сидели вокруг стола и тихо говорили об общем великом деле — о всечеловеческой борьбе со вселенной, о том, что нет нам спасения и мы должны решиться, мы должны стать безумными, если разума мало на дело победы людей над миром.

Мужики слушали и слушали. Тут же я рисовал им водоподъемные машины самые простые и самые сильные, самые удобные. Рассказывал, как надо строить деревянные лотки для самотека воды, канавы, водоснабжающие галереи, как приспособить ветряки для подъема воды, как устроить центробежный насос из трех-четырех трубок и ведра. Эти скучные разговоры люди слушали, как поэму; рассуждения о двухдюймовых гвоздях доводили нас до экстаза. Мы молитвенно и затаенно говорили о великой силе ветра, о солнце, которым можно качать воду, о благословенной влаге, питающей рожь в будущие дни суховея и горячего песка, о том, как прохладно и мирно станет на земле в знойные дни при орошении.

Неизмеримо малые вещи стали гигантами и богами в нашу чудесную эпоху.

Еще я говорил о коммунизме, о настоящем коммунизме, который будет тогда, когда станет он кусками нашего сердца и нашего сознания. А коммунизм в сердце человека посеять сможет только великая беда, ибо, когда я счастлив, мне не нужен никто, когда несчастлив и близок к смерти, мне нужны все.

Война царей и богачей, задуманная ими для наращения своего богатства, и расстрелы миллионов простых рабочих людей ради этого, родила коммунизм, а мировая беда — засуха и опять истребление голодом миллионов людей воспитает, вырастит и закончит постройку нового человеческого общества — коммунизма.

А для этого надо две вещи: ненависть, точное сознание и ураганный труд — по отношению к миру, и сердце, чуткость и ритмическую, машинную согласованность в действиях — по отношению к другому человеку.

Мы говорили и дальше: переносили технику в работу души человека, развивали мысли до конца, и в нас рождался и светился ослепительный сатана — сознание, которое будет тем рычагом, каким человек приподнимет и изменит вселенную.

Я уходил из деревни в туманное утро. В полях, на дорогах — нигде никого. Небо с землей сцепились через тучи и овраги в безумной неимоверной схватке, как на картинах страшного суда.

Из этих вот тоскующих, пустынных, раненых временем полей и должно подняться человечество на мир, угрожающий смертью, забвением и вечной пляской стихий. Из глубокого колодца — земли мы встаем и уже встали с железом в руках и сознанием.

Здесь и больше нигде человек скоро устроит над вселенной свой страшный суд, чтобы осудить ее на смерть.